Пагуошское движение ученых
Нобелевская Премия Мира
Российский Пагуошский Комитет
Русский English
Пагуошское движение ученых

Поиск

Положение и структура Состав История Новости Календарь мероприятий Проекты
Региональное сотрудничество Молодёжное отделение БЛОГ Комитета на сайте РСМД Публикации и мультимедиа Карта сайта Контакты
   История Пагуошского комитета
   Галерея председателей Комитета
   Из истории Пагуошского движения
   Документы Пагуошского движения
   Нобелевская премия мира 1995 г.
   Годовые отчёты Комитета
   Страницы памяти

Российская академия наук

Президиум РАН

 
63-я Пагуошская конференция учёных, 2019 год

Михаил Дмитриевич
МИЛЛИОНЩИКОВ
(1913 - 1973), президент
Пагуошского движения ученых, председатель
Советского Пагуошского комитета




Лекция председателя Норвежского Нобелевского комитета Френсиса Сейрестеда по случаю присуждения Нобелевской премии мира 1995 г. Джозефу Ротблату и Пагуошскому движению ученых

ЛЕКЦИЯ

ПРЕДСЕДАТЕЛЯ НОРВЕЖСКОГО НОБЕЛЕВСКОГО КОМИТЕТА ФРЕНСИСА СЕЙЕРСТЕДА

по случаю присуждения Нобелевской премии мира 1995 г. Джозефу Ротблату и Пагуошскому движению ученых

Осло, Норвегия, 10 декабря 1995 г.

Леция председателя Норвежского Нобелевского комитета Ф. Сейерстеда по случаю присуждения Нобелевской премии мира 1995 г. Джозефу Ротблату и Пагуошскому движению ученых. Осло, 10 декабря 1995 г.Наш мир прожил вот уже пятьдесят лет, зная о существовании оружия, способного покончить с человеческой жизнью на Земле. Сброшенные на Хиросиму и Нагасаки атомные бомбы означали конец второй мировой войны, но они изменили также отношение человека к своему окружению. Творение человека и высвобождающая новые ресурсы техника обернулись против него. Страшная угроза стала достаточно очевидной для любого, кому пришлось познакомиться с нею. В самом деле, первая резолюция Организации Объединенных Наций, единогласно принятая Генеральной Ассамблеей 24 января 1946 года, касалась создания комиссии для подготовки предложения о ликвидации ядерного оружия и других типов оружия массового уничтожения.

Имеет смысл, пожалуй, напомнить друг другу тот факт, что ядерное оружие было использовано в войне, в экстремальной ситуации (по общему признанию), а не каким-то иррациональным деспотом или же под влиянием наивных иллюзий о своей относительной невиновности. Экстремальные ситуации могут возникнуть снова. И каковы гарантии, что ядерное оружие снова не будет использовано? На ближайшее будущее можно уменьшить риск путем сокращения ядерных арсеналов. Но долгосрочной задачей должно стать уничтожение всех вооружений такого типа, как предложили Объединенные Нации в 1946 году. Поскольку у нас нет путей для запрещения знаний о ядерном оружии, единственной гарантией того, что оно никогда не будет использовано, станет в конечном итоге, скорее всего, мир без войн.

Именно соображения такого рода лежат, в принципе, в основе неутомимой деятельности наших лауреатов: для Джозефа Ротблата это началось, когда он вышел из Манхэттенского проекта в 1944 г., а для Пагуошских конференций по науке и мировым проблемам - с первой встречи в 1957 г. Мне очень приятно приветствовать наших лауреатов Премии мира. Мы делаем это с чувством восхищения вашими усилиями за длительный период времени и с пониманием того, что и сейчас ваша деятельность остается столь же необходимой, какой она была всегда.

Как мне представляется, Альфред Нобель был главным образом практиком науки. Кроме того, он жил в эпоху научного оптимизма. Три основанные им премии, которыми следовало награждать за работы, принесшие наибольшую пользу для человечества, присуждались, таким образом, ученым. Впрочем, достаточно иронии в том, что его собственная научная деятельность не была безоговорочно полезной для человечества. Динамит сделал возможными более мощные виды оружия. Но будучи человеком с моральной ответственностью, Нобель был этим обеспокоен. В попытках оправдать свою деятельность он также заигрывал с доктриной сдерживания: более сильное оружие предохранит людей от ведения войн.

Однако при подготовке им завещания ровно сто лет тому назад мир, который он представлял себе, был совершенно иным. Ничего не говорится о мире, основанном на страхе, сдерживании или на равновесии сил. Сейчас условиями мира представляются разоружение и братство, иными словами, освобождение от страха и поддержка мирного образа мышления, пускающего корни в человеческом сознании. Нобель хотел, чтобы Норвежский Нобелевский комитет отмечал работы, направленные на установление мира такого типа. Завещание основано на концепции мира с моральным содержанием. Это не означает отказа от необходимости учета практической политики, но служит напоминанием об ее ограничениях и в равной степени о самоочевидном месте моральных соображений в международной политике, как и в любых других сложных переплетениях обстоятельств современного мира. Выделение любого сектора человеческой деятельности из моральной сферы означает отказ от нашей человечности.

Не заходя слишком далеко в сравнении, мы можем увидеть параллели между Нобелем и нынешним лауреатом Джозефом Ротблатом. Оба они ученые, которые четко осознали свою ответственность перед обществом именно в качестве ученых. Ротблат - выдающийся специалист в ядерной физике, который быстро осознал тревожащий потенциал высвобождения ядерной энергии. Во время второй мировой войны он принимал участие в реализации этого потенциала и, как моралист, был готов к оправданию на основе аргументов, что Гитлеру надо помешать первым разработать атомную бомбу. Когда стало ясным, что Гитлеру не удастся создать бомбу, Ротблат вышел из Манхэттенского проекта еще до того, как была достигнута его цель. Все это демонстрирует не только человека с личной честностью и большой моральной смелостью, но и интересную мысль о том, что совсем необязательно было разрабатывать атомную бомбу, даже когда знали о теоретической возможности подобной акции. Совсем не нужно было выпускать джина из бутылки. Людям не следовало воображать, что у них нет выбора, когда на самом деле они могли сделать выбор.

Но джина выпустили из бутылки. И после этого наряду с преданностью ядерному разоружению Ротблат посвятил себя ядерной физике, где можно отыскать полезные применения, если обратиться к использованию в медицине. Среди других работ он занимался радиационной биологией и эффектами облучения. Ротблат занял критическую позицию по отношению к стратегии сдерживания, которой он оправдывал свое первоначальное участие в Манхэттенском проекте. Он входил в число одиннадцати ученых, подписавших в 1955 г. Манифест Рассела - Эйнштейна (его подготовили Бертран Рассел и Альберт Эйнштейн), который поведал нам, что надо мыслить по-новому для недопущения военных конфликтов, результаты которых оказались бы разрушительными для всех участников. Манифест стал начальной точкой развития Пагуошского движения. Ротблат был ведущей фигурой в этом движении и сейчас в возрасте 87 лет он остается очень активным его президентом.

Пагуошские конференции по науке и мировым проблемам - это первая и передовая организация ученых, что делает их одним из самых ярких проявлений независимой социальной и моральной ответственности ученых, которую они и только они могут продемонстрировать. Даже сегодня осознание этой ответственности не является само собой разумеющимся. Пагуошское поручение науке несет двойную цель: она должна активно воздействовать на борьбу против пагубных последствий ранних научных открытий и она должна заранее оценить последствия новых открытий. Современная наука делает огромные шаги. Идея ее моральной ответственности сегодня может оказаться наиболее своевременной, чем когда-либо до этого.

Для Пагуошского движения всегда было характерно сочетание идеалов и долгосрочных целей с конкретной работой, направленной на более безотлагательные задачи. Оно всего лишь в ограниченных рамках добивалось внимания общественности и средств массовой информации и не связывало себя с процессом принятия политических решений. Значительная часть всей деятельности оказалась возможной благодаря тому факту, что у ученых одна и та же система отсчета и они говорят на одном языке независимо от идеологических, религиозных или национальных различий. На бесконечных конференциях и семинарах, проходивших по всему миру, собирались ученые и политики с разными исходными представлениями для обсуждения стратегий, относящихся не только к ядерному разоружению, но и к всеобщему разоружению, а также к другим путям достижения мира. Хотя Пагуошское движение обычно действовало за сценой, оно было близко к тем, от кого зависело принятие решений. Оно служило каналом связи для них и благодаря своему опыту и интуиции поставляло "заготовки" для обсуждений.

Пагуошское движение сыграло, по-видимому, немаловажную роль в процессах, которые привели к таким соглашениям по ограничению вооружений, как Договор о запрещении ядерных испытаний 1963 г., Договор о нераспространении 1968 г., Договор ОСВ-1 и Конвенция по биологическому оружию 1972 г. Благодаря неутомимым длительным усилиям оно внесло также значительный вклад в столь существенное для ядерного разоружения изменение образа мышления, наступившее после окончания холодной войны. Договоры СНВ-1 и СНВ-2 наряду с переводом Договора о нераспространении в бессрочный режим обозначили значительное сокращение ядерной угрозы. Но существующие запасы оружия остаются слишком крупными, еще продолжают испытываться новые виды ядерного оружия и сохраняется заметная опасность распространения такого оружия. Пагуошское движение продемонстрировало свою способность адаптироваться к новому миру. Пагуошская конференция в Хиросиме летом 1995 г. заявила, что, несмотря на благоприятное развитие, ситуация неустойчива. У нас есть возможности, но их нельзя упустить и необходимо использовать, пока развитие событий опять не пойдет по неблагоприятному пути. Поэтому тот тип деятельности, которой занимался и занимается Пагуош, нужен именно сейчас, если даже не более чем когда-либо.

Мы живем сегодня во "всемирной деревне", как это принято называть. Судьба каждого из нас в конечном итоге связана с развитием событий во всем мире. События на другой стороне света касаются нас, как никогда раньше. В то же самое время "всемирная деревня" согласно немецкому социологу Ульриху Беку представляет собой "общество риска". Мы разделяем общую судьбу в том смысле, что все мы подвержены одному и тому же риску, одним и тем же угрозам общей для нас всех окружающей среде. Это создает атмосферу фундаментального беспокойства. Но что мы делаем, когда не видим шанса избежать опасности? В конце концов, как говорит Бек, мы перестаем думать об этом: "Этот эсхатологический экофатализм позволяет маятнику личных и политических капризов качаться в любом направлении. Общество риска колеблется между истерией и апатией". Самое крупное достижение наших лауреатов может заключаться в том, что они более явно и последовательно, чем кто-либо еще, избегали и той, и другой ловушки. Рисуя четкую картину крупных опасностей, они в то же самое время утверждали, что выход существует. Они сохранили видение мира, свободного от ядерного оружия, неустанно работая над конкретными сиюминутными мерами по ограничению вооружений. И, поступая таким образом, они дали нам возможность принять рациональный подход как к опасной ситуации, так и к нашей собственной тревоге.

Два лауреата - Джозеф Ротблат и Пагуошские конференции по науке и мировым проблемам, провели (и проводят сейчас) большую работу для разоружения и мира на Земле. Норвежский Нобелевский комитет хочет почтить их за эту работу и в то же самое время выражает надежду на ее продолжение, чтобы начавшееся разоружение смогло когда-нибудь в будущем реально привести к более спокойному миру, свободному от ядерного оружия.

Назад

Россия, 119991, Москва,
Ленинский проспект, д. 32а,
Тел./факс:
+7 (495) 938-00-93

info@pugwash.ru
pugwash@presidium.ras.ru