Пагуошское движение ученых
Нобелевская Премия Мира
Российский Пагуошский Комитет
Русский English
Пагуошское движение ученых

Поиск

Положение и структура Состав Новости История Календарь мероприятий Проекты
Региональное сотрудничество Молодёжное отделение БЛОГ Комитета на сайте РСМД Публикации и мультимедиа Карта сайта Контакты
   Архив новостей за 2018 год
   Архив новостей за 2017 год
   Архив новостей за 2016 год
   Архив новостей за 2015 год
   Архив новостей за 2014 год
   Архив новостей за 2013 год
   Архив новостей за 2012 год
   Архив новостей за 2011 год
   Архив новостей за 2010 год
   Архив новостей за 2009 год
   Архив новостей за 2008 год
   Архив новостей за 2006-2007 гг.
   Архив новостей за 2005 год
   НОВОСТИ РАН

Российская академия наук

Президиум РАН

 
63-я Пагуошская конференция учёных, 2019 год

Михаил Дмитриевич
МИЛЛИОНЩИКОВ
(1913 - 1973), президент
Пагуошского движения ученых, председатель
Советского Пагуошского комитета




В Президиуме РАН состоялось обсуждение перспектив укрепления режима нераспространения ядерного оружия

На состоявшемся в Москве 27 января 2009 г. заседании Президиума Российской академии наук было заслушано научное сообщение заведующего Центром международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН (ИМЭМО РАН), члена Российского Пагуошского комитета при Президиуме РАН члена-корреспондента РАН Алексея Георгиевича Арбатова  "Перспективы укрепления режима нераспространения ядерного оружия".

Научное сообщение

«ПЕРСПЕКТИВЫ УКРЕПЛЕНИЯ РЕЖИМА НЕРАСПРОСТРАНЕНИЯ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ».

Докладчик - член-корреспондент РАН А.Г. Арбатов

В течение 90-х годов дело нераспространения ядерного оружия (ЯО) достигло немалых успехов. Порядка 40 новых стран вступило в Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), в том числе две ядерные державы: Франция и КНР. В 1995 г. Договор получил бессрочное продление. В 1997 г. был принят Дополнительный Протокол к гарантиям МАГАТЭ, расширяющий объем его инспекционной деятельности. Договор о нераспространении стал самым универсальным международным договором, его членами являются теперь 188 государств ООН и только 4 стоят за его пределами (Израиль, Индия, Пакистан и КНДР). Тем не менее, в первом десятилетии XXI века перспективы нераспространения внушают мировой общественности и политикам большинства государств растущую тревогу. Все еще не присоединившиеся к ДНЯО страны расположены в самых нестабильных регионах мира. Они вовлечены в конфликты, чреватые войнами, в ходе которых вероятность боевого применения ЯО весьма велика - впервые после августа 1945 г. и с неизмеримыми и непредсказуемыми последствиями для всей мировой политики. Примеры Ирака, Ирана, КНДР, Ливии и ряда других стран продемонстрировали недостаточную эффективность международного контроля над оборотом ядерных материалов и технологий в рамках ДНЯО (по ст. III), прежде всего, гарантий Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Как ни удивительно, после более чем 30-летнего действия ДНЯО из 189 государств-участников 42 все еще не заключили с МАГАТЭ соглашений о всеобъемлющем или полномасштабном контроле.

Стало известно о развитии «черного рынка» ядерных материалов, технологий и экспертизы, охватившего деятельность ряда членов ДНЯО (в частности, Ливии, Ирана, Ирака, КНДР, Саудовской Аравии, Алжира, Египта, Индонезии) и инициированного лицами и организациями стран, не связанных ни Договором, ни сопряженными с ним экспортными ограничениями и контрольными механизмами (Пакистан). Обострение проблем климата и прогнозируемый дефицит углеводородного сырья предопределяют резкий рост мировой ядерной энергетики в ближайшие десятилетия, включая распространение критических технологий ядерного топливного цикла (ЯТЦ) и ядерных материалов. (Сейчас в мире строится 30 атомных реакторов и еще 92 планируется. К 2050 г. число стран-обладателей АЭС может удвоиться с 31 до 60, а общая мощность АЭС может вырасти в 4,5 раза.). Нынешний мировой экономический кризис способен замедлить, но не отменить данную тенденцию. Это создает дополнительные предпосылки для распространения ЯО. На передний план проблематики безопасности вышел фактор международного терроризма, есть сведения о стремлении террористических организаций получить доступ к ЯО и другим видам оружия массового уничтожения (ОМУ).

Задача укрепления режима и механизмов нераспространения логически подразделяется на две составляющие: нераспространение применительно к государствам и нераспространение применительно к криминальным (террористическим) организациям.

Первая составляющая имеет отношение и ко второй, поскольку доступ к ядерным материалам или боеприпасам террористы могут получить, прежде всего, через новые государства-обладатели ядерных материалов или ЯО. Поскольку речь идет о государствах, то решающее обстоятельство состоит в том, что все страны мира, кроме 4-х, являются членами Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). А четыре аутсайдера уже имеют ЯО. Следовательно, дальнейшее распространение ЯО может идти только через тайное нарушения ДНЯО или путем открытого выхода из него согласно его Статье X с последующим созданием ЯО. Возможность первого пути продемонстрировали Иран, Ирак, Ливия, а второго – КНДР. Отсюда следуют главные направления перекрытия таких каналов распространения.

Во-первых, это повышение эффективности гарантий МАГАТЭ:

- необходимо добиться присоединения к Дополнительному протоколу о гарантиях 1997 г. всех государств, прежде всего, ведущих какую-либо ядерную деятельность. Нынешнюю ситуацию, при которой почти за 10 лет существования протокола только 78 государств согласились соблюдать его, нельзя признать удовлетворительной;

- группой ядерных поставщиков (ГЯП) должно быть принято общее правило, согласно которому присоединение к Дополнительному протоколу стало бы непременным условием получения экспортных поставок ЯМ, оборудования и технологий;

- необходимо существенное укрепление научно-технической и, соответственно, финансовой базы гарантийной деятельности Агентства.

Второе направление укрепления норм и механизмов ДНЯО лежит в русле совершенствования системы экспортного контроля:

- гармонизация национальных систем экспортного контроля, интеграция Китая, Индии и Пакистана в этот процесс, внедрение положения «Руководящих принципов» ГЯП (от 2004 г.) о «всеобъемлющем» контроле в национальные законодательства всех участвующих в мировом ядерном сотрудничестве государств. Следует более эффективно использовать уже принятые международные документы, в частности Резолюцию 1540.

Третье русло укрепления режима ДНЯО предполагает жесткую формализацию и повышение политической значимости процедуры выхода из Договора:

- заявление государства о предстоящем выходе из ДНЯО должно стать поводом для интенсивных проверок со стороны МАГАТЭ на предмет возможных нарушений Договора или соглашения о гарантиях, созыва внеочередной конференции стран-участников ДНЯО для рассмотрения мотивировки выхода из Договора и, в случае признания несоответствия этой мотивировки Статье X или невозможности решить проблему без выхода из Договора;

- незамедлительной передачи вопроса на рассмотрение СБ ООН в рамках Главы VI статьи 41 Устава ООН;.

- все материалы и технологии, имевшиеся в данной стране на момент выхода из ДНЯО, независимо от их происхождения, должны использоваться только в мирных целях и оставаться под гарантиями МАГАТЭ;

- угроза выхода из ДНЯО и быстрого создания ЯО будет значительно снижена при ограничении распространения технологий ядерного топливного цикла и расширении роли многосторонних центров по обогащению урана и сепарации плутония.

Четвертое направление упрочения ДНЯО предполагает введение в силу и заключение дополнительных многосторонних договоров, призванных стать «барьерами» против его нарушения или выхода их него. Прежде всего, речь идет о двух из них:

- ратификация Соединенными Штатами и КНР Договора по всеобъемлющему запрещению ядерных испытаний (ДВЗЯИ) как ключевого звена, соединяющего «вертикальное» и «горизонтальное» ядерное разоружение, что способствовало бы присоединению к ДВЗЯИ также Индии, Пакистана, Израиля и положило бы предел совершенствованию ядерных вооружений тех государств, которые его уже создали. Тем самым также была бы поставлена серьезная преграда для создания ЯО остальными явными и тайными «пороговыми» странами;

- скорейшее заключение Договора о запрещении производства расщепляющихся материалов (в первую очередь оружейного урана) в военных целях (ДЗПРМ) и поэтапное расширение его охвата, с соответствующими механизмами контроля для ядерных и неядерных членов ДНЯО, подключение к нему «неприсоединившейся» тройки (Израиль, Индия, Пакистан).

Разумеется, такие меры реализуемы лишь в условиях единства великих держав и членов СБ ООН. Поскольку предложенные выше шаги подразумевают еще более жесткий режим нераспространения для неядерных стран, сильная политическая позиция пяти ядерных держав предполагает их последовательное продвижение в выполнении обязательств по статье VI ДНЯО - о ядерном разоружении:

- согласование между США и Россией в ближайшее время нового договора по сокращению стратегических вооружений на смену Договору СНВ-1, срок которого истекает 5 декабря 2009 г;

- договоренность о жестких ограничениях программы ПРО США, прежде всего баз в Европе, и переговоры о создании совместной системы ПРО России, США и Европейского Союза на основе российских предложений 2007-2008 гг.;

- начало переговоров о кодексе деятельности в космическом пространстве, а затем о договорах по предотвращению гонки космических вооружений;

- организация консультаций по многостороннему ядерному диалогу с целью включения Великобритании, Франции и Китая в систему ограничений СНВ, принятия ряда мер контроля и доверия.

Разумеется, все это реально при прекращении расширения НАТО на восток и улучшении отношений между РФ и США.

В качестве инструмента материального поощрения лояльных государств-членов ДНЯО, в первую очередь, нужно развивать проекты предоставления гарантированного доступа к поставкам и услугам многосторонних центров ЯТЦ, а также вовлекать эти страны в программы безопасных мирных ядерных технологий и материалов следующего поколения: Привлекательность российской инициативы по ЯТЦ для многих стран может значительно усилится, если наряду с обогащением, Россия включит в инициативу также услуги по производству свежего топлива и обращению с ОЯТ. Россия является единственной страной в мире, законодательство которой позволяет ввозить из-за рубежа на переработку и хранение ОЯТ. В области сотрудничества по Глобальному партнерству по ядерной энер-гетике (ГПЯЭ) важнейшая задача состоит в «размораживании» процесса ратификации «Соглашения 123» США-РФ без каких-либо дискриминационных условий. Решение ядерных проблем КНДР и Ирана требует адресного подхода и единства великих держав в СБ ООН. В обмен на отказ от ЯО или критических ядерных технологий этим странам должны быть обеспечены гарантии безопасности, политические и экономические преимущества, включая возможности развития мирной атомной энергетики.

Вышеназванные пути и меры в отношении государств уже сами по себе значительно сузят возможность доступа к ядерным материалам или ЯО со стороны террористов. Дополнительно требуются совместные действия великих держав в прямом подавлении террористических организаций. Следует более эффективно использовать уже принятые международные документы, в частности, Резолюцию 1540 и Конвенцию о борьбе с ядерным терроризмом (2005 г.). Нужны международные программы по внедрению единых стандартов физической защиты, учета и контроля ядерных материалов в глобальном масштабе.

* * *

В обсуждении научного сообщения члена-корреспондента РАН А.Г. Арбатова приняли участие член Президиума Российского Пагуошского комитета РАН академик Е.П. Велихов, члены Российского Пагуошского комитета академики Б.Ф. Мясоедов, В.Е. Фортов, член-корреспондент РАН А.М. Васильев, а также академики С.М. Алдошин, С.Н. Багаев, член-корреспондент РАН В.Г. Барановский.

В завершении дискуссии президент Российской академии наук академик Ю.С. Осипов выразил благодарность члену-корреспонденту РАН А.Г. Арбатову за очень интересное научное сообщение.

По материалам Пресс-службы РАН.

Назад

Россия, 119991, Москва,
Ленинский проспект, д. 32а,
Тел./факс:
+7 (495) 938-00-93

info@pugwash.ru
pugwash@presidium.ras.ru